Дагомыс. Репортаж	Илья ОДЕССКИЙ, международный мастер
ПИСЬМА ИЗ ДАГОМЫСА: ВЫХОДНОЙ

«Как-то сидя в ресторане и заполняя анкету для получения визы в Евросоюз, в разделе «Занятие» я написал «журналист», хотя в этот момент ел холодную черную треску в карамельном соусе и, если бы у меня была такая возможность, сделал бы поедание холодной черной трески делом всей своей жизни».

Алексей ЗИМИН «Единицы условности»

Меня упрекают в двух вещах. В том, что я слишком часто объясняюсь с читателем и тем самым перехожу некую грань, которую переходить не следует. И в том, что я слишком часто извиняюсь.

Это упреки справедливы.

Тем не менее, сегодня и прямо сейчас я собираюсь наступить на те же грабли. Объясниться и попросить прощения.

Дело в том, что репортажи, основанные на жесткой фактической основе, проще говоря, на пересказе всех событий, имевших место быть в отдельно взятой партии или в отдельно взятом матче, мне чужды. Такого рода репортажи отзываются во мне какой-то дурной хармсианой. «Машкин убил Кошкина». То есть, Машкин не убил Кошкина, а выиграл у него пешку. А Кошкин в ответ объявил шах. Тогда Машкин предложил ничью. А Кошкин отрицательно помотал головой. И так далее.

И это только в одной партии. А в каждом матче таких партий шесть. И матчей тоже шесть – это если считать только мужчин и только премьер-лигу.

Но вот в чем штука. Будучи на месте читателя, я добросовестно пытаюсь вникнуть в опусы своих коллег, выполненных в манере, которую только что описал. И читая первый абзац, пытаюсь запомнить, кто у кого чего съел, кто кому чего объявил, и чем дело кончилось. Переходя ко второму абзацу, чувствую, что начинает пухнуть голова. На третьем абзаце обычно ломаюсь, потому что забываю, что написано в первом. Возвращаюсь к первому, чтобы не потерять нить, а там снова «Машкин убивает Кошкина». И так по кругу.

Вместе с тем я понимаю, что многие читатели ждут репортажей именно такого рода. И вообще – это азы репортерской работы: задвинуть свое «я» куда подальше и давать читателю четкий набор фактов: кто, где, когда, сколько очков и т.д.

В идеале репортеров должно быть много. И тексты должны быть разные. Тогда каждый читатель найдет автора себе по душе. Но идеал недостижим.

Мне неинтересно писать тексты, от которых у меня же потом будет пухнуть голова.

В принципе, все предыдущие предложения можно заменить одним коротким: «Буду писать то, что хочу».

Извините.

И давайте смотреть фотки.

Шестой тур, центральный матч: «Урал» – «64». Белоцветчик Камский сделал ход с е2 на е4. И готовится всласть помучить своего соперника, индийца Харикришну.

Помучить-то он его помучает. Но замучить не сможет. А команда потерпит неожиданное поражение. В принципе, ничего страшного. «Урал» по-прежнему обгоняет всех на два командных очка. Но «всех» – это аж четыре сборные. В общем, преследователи появились. И какая-никакая интрига образовалась. Еще пять туров впереди. Похоже, сладкая жизнь для «Урала» все же отменяется.

Что по такому составу – удивительно.

Владимир Акопян. Нечастый гость за игровым столом уральской команды звезд.

И у него сегодня будет ничья.

Александр Грищук. Перепутает порядок ходов в собственном анализе, сделает второй ход вместо первого и проиграет. Случайное, незаслуженное поражение?

С одной стороны, да. А с другой – не с каждым соперником Грищук перепутает собственный анализ. И если уж на то пошло, далеко не каждый соперник согласится выйти с Грищуком в атаку Маршалла.

Ван Хао – рискнул и вышел. Риск оправдался.

Вот он, это чудо из чудес. Ван Хао.

Как рассказал капитан команды «64» Марк Глуховский, китаец – человек совершенно уникальный. Он ничего не хочет. В отличие от «звезд», не выдвигает никаких требований. Всем доволен. И просит только об одном – позволить ему играть в шахматы. Без замен. Любым цветом. С любым соперником.

Нравится ему это дело.

Найти бы где-нибудь шесть таких Ван Хао – вот была бы жизнь у капитана! Не жизнь, а именины сердца.

Эрнесто Инаркиев.

Да простит меня Эрнестиньо, которого я очень уважаю и просто люблю, если скажу, что он попал немножко не в свою команду. И, может быть, поэтому чувствует себя немножко не в своей тарелке.

Надеюсь, что уже к клубному чемпионату Европы ситуация изменится.

Люк ван Вели.

Взгляд у него, конечно… очень особый. Это я еще выбрал самую нейтральную фотографию из всех, что наснимал.

Переживает, наверное. Подвел команду в стартовых турах. Хотя с прилетом Александра Морозевича задача для всех прочих участников томской команды изменилась и упростилась. Главное – не проиграть, а Морозевич как-нибудь разберется.

В отчетном туре Люк и компания установку выполнили идеально. Пять ничьих – и очередная, уже третья по счету победа Морозевича. Так куется победа «Томска».

А еще ван Вели приходит в пресс-центр с невероятно стильным, ярко-красным ноутбуком. И на крышке ноутбука выгравирована эмблема «Феррари».

Артем Тимофеев. Как и Люк, стартовые туры завалил. Теперь потихоньку выкарабкивается из ямы.

Что больше всего радует – снял, наконец, Артем тот ядовито-салатовый галстук в горошину, что надевал в первых турах.

– Артем! – говорю. – Кто твой стилист?

– Катя Харашута, – отвечает. – А что?

Ничего.

Гроссмейстер Роман Овечкин и мастер Юлия Громова.

Румяные оба. Добродушные. Хорошие люди.

«Мордовский торгово-промышленный союз» – это жесть. Круче этой надписи только «Таджикский народный патруль», что был нарисован на джипе в одном американском фильме с участием Чеви Чейза. Но то была комедия. А это – правда жизни.

Гроссмейстер Валерий Попов думал, что я щелкаю затвором фотоаппарата, потому что хочу снять его с двумя женами. Нет, Валера, личная жизнь шахматистов пусть остается за кадром. Меня интересует только твоя спина.

За анализом Максим Родштейн (слева) и Александр Моисеенко.

Оба выглядят довольными. И есть, отчего. Макс сегодня черными отбился от Саши Мотылева. А ведь совсем недавно, на «Аэрофлот-опене» проиграл тому без борьбы. Команда же Саши Моисеенко, саратовский «Экономист», после двух поражений кряду сегодня одержала трудовую победу. Причем над прямыми конкурентами – бурятским «Шатаром». И вернулись саратовцы в гонку за медалями.

В общем, хороший день.

Задумчивы и серьезны гроссмейстеры Юрий Дохоян (слева) и Александр Мотылев.

Саше Мотылеву не за что себя корить. Он исправно поставляет очки в командную копилку «Урала». И все же на душе у него наверняка кошки скребут. Сегодня команда рассчитывала на его победу. Но – не сложилось. Ничья на его доске, поражение в матче.

Харика сняла куртку-униформу (см. предыдущий репортаж) и облачилась во что-то национальное.

А красная пимпочка на переносице – это «аш». Так мне когда-то объяснил Кришнан Сашикиран. А вот дальше дело не пошло, и что такое (или такой? или такая?) «аш», я так и не понял.

Ясно только, что не крайняя вертикаль.

Михаил Красенков в поисках истины.

Александр Онищук с красавицей женой.

Я тут недавно прочитал, что те, кто говорят «супруга» и «кушать» – люди неискренние, и от них лучше держаться в стороне. А те, кто говорят «жена» и «есть» – те столпы общества, и от них ничего дурного ждать не приходится.

Теория спорная, впрочем, как и всякая теория. Интересно другое. Если приглядеться, на майке Саши можно увидеть адрес сайта Барака Обамы. Я, грешным делом, подумал, что это такой прикол.

Нисколько! Оказалось, что Онищук – реально фанат Обамы, чуть ли не активист его избирательного штаба. Говорил о своем любимце горячо, веру в его победу на выборах выражал безоговорочную.

По этому случаю сделал еще одно фото – соло, крупно.

Честно поделился своими сомнениями с Сашей. Одно дело – все эти праймериз, шмаймериз, и совсем другое – когда избиратель подойдет к кабинке для голосования и вдруг поймет, что еще немного – и Америка получит президента-негра. Ну, хорошо, хорошо, афроамериканца.

– Америка готова выбрать Обаму, – был непреклонен Саша Онищук.

Да я, в принципе, тоже не против. Это их суверенные американские дела. Просто интересно – неужели вправду готова? Круто, если так.

А следующий день был объявлен выходным. Это для премьер-лиги.

Все оставили в полном порядке. Шахматы оставили, часы оставили. Даже запасных ферзей оставили.

Только чуть притушили огни.

А женщины продолжали бороться. У них выходной только завтра.

Катя Корбут.

Ольга Гиря.

Антуанета Стефанова. Лидер команды «АВС». Некогда первого суперклуба России.

В принципе, и сейчас это крепкая команда. Но чуть было не стала автором первой сенсации чемпионата. Пара неудачных матчей – и вот уже выход в финал зависит не только от них самих. Надо выигрывать – и ждать, как сыграют конкуренты.

Ситуация чем-то напоминает ту, что не так давно выпала на долю нашей футбольной сборной. Мало самим выиграть у Андорры – надо еще, чтобы англичане оступились. Так вот, «АВС» в последнем туре у своей «Андорры» не выиграла! Стало очень тревожно. Но тут в роли суперхорватов выступила команда «Петродом». Девушки зачем-то обыграли конкуренток «АВС» и своими руками впустили Стефанову со товарищи в финал. А что, если те в финале преобразятся? Вполне может быть. Ой, крепко тогда осерчают на «Петродом» все прочие финалистки. Ведь могли отцепить, могли! Но не отцепили. Поставили спортивный принцип выше всех прочих принципов.

Приз «fair play» уезжает в Петербург. Если он только есть, этот приз.

Что же касается «АВС», то все их проблемы на поверхности. Во-первых, команда из года в год становится все слабее. А, во-вторых, уже здесь, в Дагомысе «АВС» несет потери. Неважно себя чувствует Стефанова. Наташа Погонина просто болеет. Температура высоченная, и сбить ее пока не удается. Так что трудности носят объективный характер.

И все же правило, что команда, попавшая в финал в последний момент, выдает там отличную игру, еще никто не отменял.

Инна Гапоненко. Спасительница из «Петродома».

Наталья Погонина и Анна Музычук: «Мы все-таки в финале!»

Вика Чмилите. Самая лучшая на всем белом свете.

Калмыцкая диаспора. Чемпион России «до 20» Санан Сюгиров, его отец Вячеслав, а в центре – Баира Кованова. Баюшка.

Вот только нет почему-то команды из Элисты. Баюшка играет за Саратов, и здорово играет – в предпоследнем туре даже Таню Косинцеву обыграла. А Санан так и вовсе – выступает за город Липецк.

Светлана Матвеева.

Просто болельщица.

Долго ли, коротко – а надоело мне торчать в турнирном зале. Выходной – он и в Дагомысе выходной. И решил я спуститься с гор. В лоно, так сказать, местной цивилизации.

Самый распространенный пейзаж. И тепло, и пасмурно – все сразу. И, конечно, горы, горы, горы.

Пожелание счастливого пути вкупе с красным «кирпичом»? Похоже, местной ГИБДД не чужды парадоксы.

Среди случайных прохожих встретился Давид Навара. Страдальческое выражение не сходит с его лица. И мой фотоаппарат тут ни при чем. Я знаю Давида с 1998 года. Был первым, кто написал о нем статью в «64», тогда, когда о нем в России еще никто и не слышал. И всегда у него одно и то же выражение лица.

Эти аисты – как живые. На самом деле – нет.

А это чудо природы, наоборот – застыл, будто картинка. Но лишь до тех пор, пока не увидел свою хозяйку.

Дети. Лично я называю их «цветы жизни».

Вышел в город – или поселок, не знаю, как точнее. Конечно, в первую очередь искал знаки… строительства какого-нибудь. В принципе, хоть какие-нибудь знаки того, что здесь будет Олимпиада, и как-то к этому готовятся.

Знаков не очень много, честно говоря. По сравнению с тем, что я видел и 4, и 5 лет назад – изменений почти нет. Может, еще будут.

«Через четыре года здесь будет город-сад».

Максимум через пять. Дальше не имеет смысла.

Ноги сами направили меня к базару. Мы с ним старые приятели. Я ведь в Дагомысе в 4-й раз. И всегда покупал на базаре домашнее мясо, сыр, вино.

Пришел на всегдашнее место – а базара-то и нет. Как раз роют там что-то. А базар – вернее, жалкие его остатки передвинули в угол.

Наверное, когда-то, и даже очень скоро, тут будет лучше, чем раньше. Но пока что – базара нет.

А есть вот эта бабушка. Монополистка, сторонница дикого капитализма. Как она мне нахваливала свою аджику!.. А стоило навести на нее объектив фотоаппарата, сразу засмущалась. Поняла, небось, что стыдно по таким ценам торговать аджикой.

Это ж, все-таки, бабушка, аджика, а не черная икра!

И лаваш, и бастурма, и сыр овечий – все по диким, нереальным совершенно ценам. Как я будто я попал не в Дагомыс, а в «Глобус Гурмэ» по меньшей мере. А все потому, что конкуренции нет.

Что было делать – пришлось покупать по той цене, которую держат эти монополисты. Не пропадать же выходному, в конце концов. Вечером был сервирован холостяцкий ужин на две персоны. Скромный, но душевный, и в целом – правильный.

«Заправлены кагором космические карты. И штурман уточняет последний раз маршрут…»

За нашу победу!